Совершенное преступление

Наиболее примечательно здесь то, что любовь эта проявлялась тогда, когда наступало раскаяние за совершенное отцеубийство. Именно она, эта любовь, и воздвигла бессознательное «Я – идеал» или «сверх Я», передала ему отцовскую власть как бы в наказание за совершенное преступление.

Вот тут-то, подобно Эриниям, выступает совесть, которая грызет человека изнутри. Для совести, ставшей «сверх Я», дурной помысел равнозначен самому поступку, поэтому не имеет значения, был ли отец убит на самом деле, или сын об убийстве только подумал, но не совершил его. Так или иначе, а Эдипов комплекс все равно рождает чувство вины, которое служит выражением извечно наследуемого и повторяющегося до наших дней конфликта между эросом и инстинктом разрушения или смерти. По Фрейду, это и есть извечный, основополагающий конфликт, на котором зиждется творческий дар и искусство.

Эдипов комплекс, оказывается, оправдывает биологически и превосходство мужчины над женщиной, ставя ее в подчиненное и зависимое положение. Именно такую роль она в целом, как казалось Фрейду, всегда и выполняет в жизни и в искусстве. Комплекс Эдипа присущ только мужчинам. Поскольку у женщин его нет, их желание уподобиться сильному полу уступает место стремлению произвести ребенка.

Для девочек отец становится только объектом любви, а мать – объектом ненависти и ревности. Здесь мы и находим ключи к очень широко отображаемым буржуазным и даже прогрессивным искусством Запада инцестам – связям матери с сыном, отца с дочерью, брата с сестрой – фантастическому объяснению причин кровосмешения и прочих ненормальных явлений. Напомним только один факт. Крупнейший прогрессивный итальянский кинорежиссер Лукино Висконти в очень интересном и значительном антифашистском фильме «Гибель богов» (или «Проклятые»), художественными средствами исследуя природу фашизма и пытаясь понять причины его появления, большую дань отдал показу запретной и зверской любви сына к матери.

Эта преступная с нормальной точки зрения любовь толкала его – обладателя крупного капитала, владельца заводов, производящих пушки, – на сотрудничество с фашистами, удовлетворявшими его страсть к разрушению, уничтожению и смерти.